Общественное производство и богатство общества

Производство – это целесообразная деятельность лю­дей, направленная на удовлетворение их потребностей. В этом процес­се взаимодействуют основные факторы производства – труд, капи­тал, земля, предпринимательство. В современной экономической на­уке мы будем чаще встречаться с термином ресурсы. Дело в том, на­званные четыре фактора представляют собой весьма укрупненное пред­ставление об основных элементах экономического потенциала той или иной страны. Например, накопленные знания высококвалифицирован­ного программиста следует отнести к труду или к капиталу как факторам производства? А информацию? Вот почему все чаще экономисты стали употреблять термин ресурсы, под которыми подразумеваются производ­ственные блага, созданные природой или людьми. Ресурсы необходимы для создания потребительских благ, или конечных товаров и услуг (одеж­ды, продовольствия, жилища, автомобилей, развлечений и т. д.).

Результатом производства является создание материальных и нематериальных благ, удовлетворяющих человеческие потребности. Для понимания закономерностей процесса производства необходимо более подробно охарактеризовать категории потребностей и благ.

Потребности человека можно определить как состояние неудовлет­воренности, или нужды, которое он стремится преодолеть. Именно это состояние неудовлетворенности заставляет человека предпринимать определенные усилия, т. е. осуществлять производственную деятель­ность. Классификация потребностей отличается огромным разнообрази­ем. Многие экономисты предпринимали попытки «разложить по полоч­кам» все многообразие потребностей людей. Так, А. Маршалл, выдаю­щийся представитель неоклассической школы, ссылаясь на немецкого экономиста Германна, отмечает, что по­требности можно подразделять на абсо­лютные и относительные, высшие и низ­шие, неотложные и могущие быть отло­женными, прямые и косвенные, настоя­щие и будущие и др.1 В учебной экономической литературе часто используется деление потребностей на первич­ные (низшие) и вторичные (высшие). Под первыми подразумеваются потребности человека в еде, питье, одежде и т. д. Вторичные потребно­сти связаны главным образом с духовной, интеллектуальной деятель­ностью человека – потребности в образовании, искусстве, развлечении и т. п. Деление это в известной степени условно: роскошная одежда «но­вого русского» не обязательно связана с удовлетворением первичных потребностей, а, скорее, с представительскими функциями или так на­зываемым престижным потреблением. Кроме того, деление потребнос­тей на первичные и вторичные сугубо индивидуально для каждого от­дельного человека: для некоторых чтение – первичная потребность, ради которой они могут отказать себе в удовлетворении потребностей в одежде или жилище (хотя бы частично).

Потребности человека не остаются неизменными; они развиваются по мере эволюции человеческой цивилизации и это касается, прежде всего, высших потребностей. Часто мы можем встретить выражение «че­ловек с неразвитыми потребностями». Конечно, здесь имеется в виду не­развитость высших потребностей, так как потребность в еде и питье зало­жена самой природой. Изысканная кулинария и сервировка свидетельству­ют скорее всего о развитии потребностей высшего порядка, связанных и с эстетикой, а не только с простым насыщением желудка.

Благо – это средство для удовлетворения потребностей. А. Мар­шалл определял благо как «желаемую вещь, удовлетворяющую челове­ческую потребность». Ж.-Б. Сэй рассматривал блага «как средства, ко­торые мы имеем для удовлетворения наших потребностей». А. Шторх подчеркивал, что «приговор, произносимый нашим суждением насчет полезности предметов… делает их благами».1 Свойство какого-либо предмета, которое позволяет удовлетворять определенную потребность человека, еще не делает его благом. На этот факт особое внимание об­ращает один из виднейших представителей австрийской школы К. Мен-гер. Так, например, корень женьшеня способен поднять жизненный то­нус человека. Но пока людьми не была поставлена в причинно-след­ственную связь потребность в оздоровлении организма с целительной силой женьшеня, это растение не носило характера блага. Другими сло­вами, способность предмета удовлетворять какую-либо потребность должна быть осознана человеком.

Классификация благ, так же, как и потребностей, отличается большим разнообразием. Отметим важнейшие из них с точки зрения различных критери­ев классификации.                                 _

Экономические и неэкономические блага. С точки зрения ограниченноcти благ по отношению к нашим потребностям мы говорим об экономических благах. Но есть и такие блага, кото­рые по сравнению с нашими потребностями имеются в неограниченном количестве (например, воздух). Такие блага называют свободными, или неэкономическими (см. подробнее гл. 5).

  • Блага потребительские и производственные, или блага прямые
    и блага косвенные. Иногда их называют блага низшего и блага высше­го порядка, или предметы потребления и средства производства. По­требительские блага, как следует из их названия, предназначены для
    непосредственного удовлетворения человеческих потребностей. Это те
    самые конечные товары и услуги, о которых речь шла выше. Производ­ственные блага – это используемые в процессе производства ресурсы
    (станки, машины, оборудование, здания, земля, профессиональные на­
    выки и квалификация).
  • Частные и общественные блага. Для понимания различий меж­ду названными видами благ нам еще предстоит узнать действие рыноч­ного механизма и те ситуации, когда рынок не может предоставить не­
    которые блага вообще или предоставить их в оптимальном количестве.
    Сейчас же мы можем только назвать в качестве примеров общественных благ национальную оборону, законотворчество, общественный по­
    рядок, т. е. те блага, которыми пользуются все без исключения гражда­не страны. Частные же блага предоставляются только тем, кто за них
    заплатил (каждый день вы приобретаете за деньги различные частные
    блага – поездки на метро, посещение кинотеатра, обед в студенческой
    столовой и т. п.).

До сих пор речь шла главным образом о материальных благах, имею­щих вещный характер. Но процесс производства включает в себя и оказа­ние материальных услуг. Например, транспортировка готовой вещи от производителя к потребителю. В данном случае производство подразуме­вает не создание вещи, которую можно потрогать, а перемещение ее в пространстве.

Когда А. Смит писал свое знаменитое произведение «Исследование о природе и причинах богатства народов», господствующим в экономи­ческой теории и в обыденном сознании было представление о матери­альных благах как воплощении богатства. Хотя уже в XVIII – начале XIX вв. высказывались предположения о иных формах благ – нематериаль­ных. Так, Ж.-Б. Сэй причислял к благам и адвокатские конторы, и круг покупателей купца, и славу военного предводителя. Особое внимание нематериальным благам уделял и А. Маршалл. Действительно, потреб­ности людей не ограничиваются лишь использованием в своих целях материальных благ. И услуга адвоката, и лекция в университете, и цир­ковое представление удовлетворяют определенные человеческие по­требности, и потому мы можем говорить о производстве нематериальных благ. Значение этого рода деятельности неизмеримо возросло во второй половине XX века по сравнению даже с веком XIX, не говоря уже о более ранних стадиях человеческой цивилизации. Таким образом, со­временное понимание процесса производства включает в себя создание как материальных, так и нематериальных благ.

Факторы производства, или ресурcы (труд, капитал, земля, предпринимательство) будут подробно охарактеризованы в гл. 11-14. В самом общем виде мы можем определить ресурсы как блага производ­ственного назначения, необходимые для создания конечных товаров и услуг.

Этот параграф имеет в своем названии словосочетание «обще­ственное производство». Почему потребовался этот эпитет? Разве по­нятия «производство» недостаточно для того, чтобы уяснить необходи­мость взаимодействия основных факторов производства? Дело в том, что процесс производства осуществляется не изолированными субъек­тами, а в обществе, в системе общественного разделения труда. Даже отдельный ремесленник или фермер, полагая, что он дей­ствует полностью независимо от кого бы то ни было, на самом деле связан тысячами хозяйственных нитей с другими людьми. Здесь же можно отметить, что метод Робинзонады, когда в качестве примера рассматривается отдельный человек (один из наиболее широко приме­няемых методов исследования в неоклассической экономической тео­рии), живущий на необитаемом острове, не противоречит утверждению об общественном характере производства. «Робинзонада» помогает лучше уяснить механизм рационального экономического поведения от­дельного человека, но этот механизм не перестает действовать, если от модели Робинзона мы переходим к реалиям не индивидуального, а об­щественного выбора. Может показаться, что с изучением общественно­го производства связана только макроэкономика, а микроэкономика имеет дело только с отдельными хозяйствующими индивидуумами. Дей­ствительно, при изучении микроэкономики нам чаще всего придется ис­пользовать в качестве примера отдельного производителя или потреби­теля. Но при этом нужно помнить, что упомянутые субъекты действуют в системе ограничений, налагаемых общественными институтами (например, институтом собственности, морали и иными формальными и неформальными правилами).

Богатство общества в его традиционном понимании, восходящем к основоположникам классической школы, представлялось как воплощен­ный в материальных благах накопленный прошлый труд предшествую­щих и настоящего поколений. Но современная экономическая мысль критически относится к тезису об исключительно материальном содер­жании богатства. Иные времена – иной подход к пониманию этой категории: богатство – это все, что люди ценят. Такое определение бо­гатства позволяет включить в него и профессиональные знания, и при­родные ресурсы, и природные способности человека, и свободное вре­мя. С теоретической точки зрения подобное понимание богатства позво­ляет высветить многие грани этой экономической категории. Однако, когда речь идет о статистических расчетах и международных сопостав­лениях национального богатства, такое широкое понимание богатства делает затруднительным (если вообще возможным) конкретные цифро­вые подсчеты. Нельзя забывать и о том, что общественное богатство можно представить как в натуральной, так и в денежной форме, следо­вательно, изменение ценности самих денег может привести и к различ­ным оценкам одного и того же количества материальных благ (подроб­нее об этом – в гл. 16). Изменение оценок людей может привести к из­менению реальных размеров богатства той или иной страны. Так, в быв­шем Советском Союзе производилось в год такое количество обуви, ко­торое превышало аналогичный показатель Англии, Франции и ФРГ, вме­сте взятых. Абсолютные размеры производства цемента, металлорежу­щих станков и др. также превосходили показатели развитых промыш­ленных стран. Но было ли действительно создание всех этих вещей созданием богатства, если, например, отечественную обувь потребите­ли покупали лишь тогда, когда не находили импортной? Богата или бед­на Россия? Можно услышать прямо противоположные ответы на этот вопрос. Да, мы бедны, потому что у нас не хватает отечественного про­довольствия, отечественной одежды, жилищ по доступным ценам для большинства населения страны и т. д. Да, мы богаты, потому что облада­ем огромными запасами природных ресурсов, квалифицированными кад­рами, приоритетом во многих фундаментальных научных исследованиях. Иногда вопрос ставится и так: если мы так богаты, то почему мы так бедны? Стали ли мы богаче, если, например, увеличили добычу нефти и газа ценой загрязнения окружающей среды?

Еще раз подчеркнем, что понимание богатства зависит от оценок людей. Это – во многом нормативная категория и вне суждений челове­ка о ценности того или иного блага не существует. Можно дать и такую характеристику понятия богатства: богатство – это все, что расширяет выбор человека, или его альтернативные возможности. С этой точки зрения, и вещи, и деньги, и знания, и природные ресурсы, и свободное время расширяют наш выбор и могут расцениваться как богатство.

Богатство всегда необходимо рассматривать в контексте удовлетво­рения потребностей человека. Так, если материальные и нематериаль­ные блага имеются в количестве, способном удовлетворить наши по­требности до полного их насыщения и эти блага нам доступны, можно говорить, что мы богаты. Но вновь и вновь мы обращаем внимание на нормативный оттенок в определении категории богатства. Богат ли йог, обходящийся минимумом пищи и сосредоточенный на постижении Бога? Богат ли миллионер, прикованный параличом к постели и потерявший умственную и физическую дееспособность? Что означает широко распространенное выражение «главное богатство – здоровье»? Или «главное богатство – свобода»? Возможно ли быть свободным, не об­ладая тем количеством материальных благ, которое признано прожиточ­ным минимумом?

Так много вопросов при анализе категории богатства поставлено для того, чтобы еще раз подчеркнуть значение оценочных, нормативных ка­тегорий в экономической теории. Это станет яснее в последующем, пос­ле анализа проблем справедливого распределения доходов, целей государственной политики и т. д

Экономическая наука имеет длительную и богатую историю. Людям всегда были небезразличны процессы, прямо или косвенно влияющие на уровень их благосостояния. Поэтому размышления по поводу хозяйственной жизни сопровождали последнюю с момента ее зарождения.

Первые известные попытки систематизации экономических знаний связаны с греческими мыслителями, в первую очередь Аристотелем (364-322 до н. э.) и Платоном (428-348 до н. э.), которые рассматрива­ли в своих исследованиях вопросы экономической жизни. Аристотель смог глубоко проникнуть в вопросы хозяйственной деятельности, имен­но он определил экономику как науку о богатстве и внес ценный вклад в теорию стоимости, цены и денег.

Сам термин «экономика» произошел от древнегреческого слова «экономия», которое, как считают ученые, изобрел греческий писатель и историк Ксенофонт (430-355 до н. э.). Слово «экономия» состоит из двух слов: «ойкос» (дом, домашнее хозяйство) и «номос» (знаю, закон). Так что в буквальном, первородном смысле «экономия» означает науку о домоводстве, об искусстве ведения домашнего хозяйства.

Однако времена менялись, а вместе с ними не только менялся смысл слов, но и появлялись новые термины. Развитие общественного разделения труда и обмена привели к преодолению натуральной замк­нутости и формированию экономики как единого целого в масштабе того или иного государства. Возникает потребность в знаниях о народном хозяйстве всей страны. В 1615 г. французский экономист Антуан де Монкретьен (1575-1621) публикует «Трактат политической экономии», в котором предлагает проводить экономическую политику всемерного поощрения торговли, доказывает, что последняя является главной це­лью производства. Работа А. Монкретьена дала название нарождавшей­ся тогда науке, которая сохранилась и по сей день.

Слово «политическая» в названии науки также имеет древнегречес­кие корни. Оно происходит от термина «полис» (город, государство) и заключает в себе более широкий смысл – искусство управления госу­дарственным, общественным хозяйством. В XVII—XVIII вв. политическая экономия была эмпирическим искусством, набором предписаний для правительственного пользования. Экономисты размышляли над текущи­ми хозяйственными проблемами и предлагали решения, призванные увеличить доход государства и монарха.

В этот период основным направлением экономической мысли был меркантилизм – концепция, которая видела основу национального про­цветания в накоплении благородных металлов (золота и серебра), счи­тавшимися главными формами богатства. К числу виднейших предста­вителей этого направления можно отнести уже упоминавшегося выше А. Монкретьена, английского экономиста Томаса Мэна (1571-1641), французского экономиста и политика Жана Батиста Кольбера (1619-1683), российского экономиста и публициста Ивана Тихоновича Посошкова (1652-1726).

«Baribar.kz-тің» Telegram-каналына жазыламыз!