Падение городов Южного Казахстана

Чингиз-хан придавал походу в мусульманские страны большое значение и готовился к нему с особой тщательностью. Началу военных действий предшествовал подробный сбор, посредством мусульманских купцов и перебежчиков, находившихся на службе у монголов, сведений о внутрен­нем состоянии и военных силах государства хорезмшаха. Изучив добытые сведения и составив на их основе глубоко продуманный план действий, Чингиз-хан и люди его окружения сумели так подготовить войну, что имели возможность в глазах мусульман-современников возложить вину на хорезмшаха.

В сентябре 1219 г. начался поход войск Чингис-хана. Они насчитывали до 150 тысяч воинов, из них монголов — 111 тысяч, остальную часть армии составляли воины вассалов Чингис-хана – уйгуры и карлуки. Маршрут движения монгольских войск в Мавераннахр пролегал от р. Иртыша через самые заселенные и освоенные в хозяйственном отношении районы Казахстана – через Семиречье в район городов Средней и Нижней Сырдарьи. Первой на пути движения монгольских войск на запад оказалась территория Южного Казахстана, где им был дан решительный отпор местным населением. Монголы применили здесь массовый террор и насилие, опустошили целые области и разрушили города. В арабских и персидских исторических сочинениях приведены наименования около тридцати городов в разных странах, где население почти полностью уничтожено монголами. В их числе три южно-казахстанских города -Отрар, Сыгнак, Ашнас.

Источники не дают нам точного определения времени, когда монгольские войска появились перед стенами Отрара. Правитель Отрара Гайр-хан, знавший, что ему нечего ждать пощады от монголов, защищался отчаянно, до последней возможности. Под его началом, согласно ан-Насави, было 20 тысяч воинов. По Джувайни, хорезмшах дал ему 50 тысяч «внешнего войска». «Цитадель, внешние укрепления и городская стена были хорошо укреплены, и было собрано большое количество оружия для войска», -писал историк XIII в. Ала ад-Дин Ата Малик Джувайни. На исходе пятого месяца героической обороны Отрара Караджа-хаджиб, незадолго перед осадой посланный хорезмшахом на помощь Гайр-хану с десятитысячным отрядом, пал духом и, покинув город через ворота «Суфи хане», сдался со своим войском монголам; по приговору царевичей Чагатая и Угедея он был предан вместе с приближенными казни за измену. Но монголы успели ворваться в город и, выгнав из города его жителей «словно стадо баранов», начали повальный грабеж. Однако Отрар еще упорно защищался; Гайр-хан с 20-тью тысячами «подобных львам» смельчаков укрепился в цитадели, для взятия которой монголам понадобился еще месяц. Когда цитадель была взята и все ее защитники полегли, Гайр-хан с двумя оставшимися в живых боевыми товарищами продолжал оказывать сопротивление на кровле здания. Когда пали и эти двое, и уже не оставалось стрел, он бросал в своих врагов кирпичи, которые рабыни подавали ему «со стены дворца»; когда не осталось и кирпичей, монголы, имевшие приказ взять правителя в плен живым, окружили его и связали. «Цитадель и стены были сравнены с землей, и монголы удалились. А тех из простолюдинов и ремесленников, которые избежали меча, они увели с собой для того, чтобы воспользоваться их искусством в ремесле». Чагатай и Угедей в феврале 1220 г. присоединились к Чингиз-хану, когда тот находился на пути между Бухарой и Самаркандом, и доставили ему живого Гайр-хана Йиналчука. Чингиз-хан приказал расплавить серебро и влить ему в уши и глаза, и тот был умерщвлен в наказание за его «безобразное деяние и мерзкий поступок».

Старший сын Чингиз-хана, Джучи, выделенный для покорения городов по нижнему течению Сыр-Дарьи, прежде всего подошел к Сыгнаку, с жителями которого начал переговоры. В качестве своего представителя он отправил и город мусульманского купца Хасан-хаджжи с тем, чтобы он уговорил жителей сдаться без боя, но «злодеи, чернь и бродяги» возмутились и, умертвив предателя, приготовились к «великой, священной войне». Монголы семь дней и ночей непрерывно осаждали город, наконец, взяли его приступом и, «закрыв врата пощады и милосердия», перебили все население. Управляющим той местности был назначен сын убитого Хасан-хаджжи.

На дальнейшем пути монголы взяли Узгенд и Барчылыгкент, население которых не оказало сильного сопротивления, и потому всеобщей резни не было. Затем монгольский отряд подошел к Ашнасу; город, «большинство воинства которого составляли бродяги и чернь», оказал упорное сопротивление, но пал в неравной борьбе, и множество жителей было перебито. После этого монголы подступили к Дженду, который к тому времени был покинут войсками хорезмшаха во главе с Кутлук-ханом, бежавшим в Хорезм. Узнав об этом, Джучи отправил в город для переговоров Чин-Тимура. Посланник монголов, однако, был дурно принят жителями и получил возможность вернуться живым только потому, что напомнил джендцам о печальной судьбе, постигшей Сыгнак, из-за лемена, главным образом, кыпчаки, а также канглы, карлуки, найманы и многие другие. В оседлых областях жили булгары, мордва, русские, греки, черкесы, хорезмийцы и т.д. Монголы составляли в Орде меньшинство. В конце XIII в. и в XIV в. монголы фактически тюркизовались, население Золотой Орды стало называться этнонимом «татары».

Общественное устройство Золотой Орды

Государственное устройство Золотой Орды в целом следовало образцу, введенному Чингиз-ханом. Государство считалось собственностью ханского рода Джучидов. Для решения важных государственных дел созывался курултай – общее собрание знати во главе с членами правящей династии. Армией и дипломатическими отношениями с другими государствами ведал беклербек. Во главе дивана – центрального органа исполнительной власти, ведавшего финансами, налогами, внутренней жизнью государства, – стоял везир. В города и подчиненные улусы назначались даруги и баскаки, чьей обязанностью был сбор налогов, дани. Наиболее важные должности занимали члены ханской семьи. Крупные нойоны, беки, бахадуры являлись военачальниками темниками, тысячниками, сотниками.

В Золотой Орде сложилась улусная система управления и владения завоеванными землями и народами. Ко времени Батыя относится деление Улуса Джучи на две части – правое и левое крыло, фактически на две различных государственных единицы. Во главе правого крыла (улуса) стоял сам Батый и его преемники. Во главе левого крыла – старший сын Джучи Орда Еджен. В левое крыло входила большая часть территории Казахстана.

Улусы Батыя и Орды делились в свою очередь на уделы, где правителями были другие сыновья Джучи. Право на улусы (уделы) имели от рождения все члены правящей династии. Прочие представители монгольской аристократии получали уделы как пожалования за службу хану. Постепенно знать приобретала все больше прав, и земельное пожалование феодалам имело уже наследственный характер. С другой стороны в Золотой Орде сохранялась родоплеменная организация кочевников.

Расцвет и распад Золотой Орды

Первоначально Золотая Орда находилась в подчинении великим монгольским ханам. Но к 1260г. Монгольская империя распалась на независимые улусы. Золотая Орда уже при Берке-хане (1256—1266 гг.), брате хана Батыя, стала самостоятельным государством. Его преемник Менгу-хан (1266— 1280 гг.) стал чеканить собственную монету. История Золотой Орды заполнена как внутренними усобицами, так и беспрерывными войнами с русскими князьями, Хулагуидами Ирана в Закавказье, правителями Ак Орды и Хорезма. Наибольшего могущества Золотая Орда достигла в I половине XIV в., особенно при Узбек-хане (1312—1342 гг.) и его преемнике хане Джаныбеке (1342—1357 гг.). Власть ханов усилилась, прекратился созыв курултаев, централизовалась власть. В 1312 г. Узбек-хан объявил ислам государственной религией Золотой Орды. Степная тюрко-монгольская культура исламизировалась под воздействием мусульманской традиции Поволжья (булгарское население) и Средней Азии.

Со второй половины XIV в Золотую Орду начали ослаблять центробежные силы. С 1357 г. по 1380 г. на троне сменилось два с половиной десятка ханов. В 1380 г. фактический правитель Золотой Орды темник Мамай был разбит на Куликовом поле русскими войсками под предводительством Дмитрия Донского. Джучид Тохтамыш-хан, воспользовавшись поражением Мамая, захватил власть в Золотой Орде. Пытаясь военными победами укрепить свою власть, он в 1382 г. сжег Москву, совершил ряд походов в Мавераннахр и Закавказье. Эмир Тимур предпринял несколько опустошительных набегов в Золотую Орду и нанес ей удар, от которого она уже не смогла оправиться.

К середине XV в. в нескольких больших улусах утвердились свои ханы, и Золотая Орда перестала существовать. Самым крупным из этих улусов была Большая Орда, образовавшаяся в 30-х годах XV в. между Волгой и Днепром. В 20-60-х гг. образовались Ногайская Орда, Сибирское, Казанское, Крымское и Астраханское ханства.

Борьба монгольских ханов за власть в улусах

Юго-Восточный Казахстан стал центром, где сходились границы трех наиболее крупных монгольских улусов. Территория Семиречья оказалась политически разорванной между ними: к Улусу Джучи отошла северная часть; южная часть вошла в состав Улуса Чагатая; северо-восточная окраина Семиречья составила важную часть Улуса Угэдэя. В Семиречье находились главные ставки улусных ханов.

В Чагатайском улусе, причем главным образом на территории Семиречья, шли бесконечные войны претендентов на власть из числа Чагатаидов и потомков Угэдэя – Чингизидов. В междоусобную борьбу втягивались группировки кочевых феодалов, поддерживавших тех или иных Чингизидов.

В 1251 г. Улус Угэдэя был ликвидирован. Земли были розданы сторонникам великого хана Мунке (сына Тулуя, младшего сына Чингис­хана). Перераспределение владений произошло и в Чагатайском улусе. Феодальные междоусобицы в нем усилились после смерти Мунке, когда великими ханами объявили себя в 1260 г. Ариг-Буга и Хубилай. Продолжавшиеся усобицы и войны вконец разорили местные города и земледельческие оазисы. Рашид ад-Дин отмечал, что в 60-х годах XIII в. «воины Ариг-Буги до такой степени притесняли народ, что в Илийской долине наступил голод, от которого погибло много народа». Образование независимо от великого хана Хубилая Государства Хайду в 1269 г. означало восстановление влияния феодальной верхушки местного населения. Ими были предприняты попытки на курултае, состоявшемся в этом же году на Таласе, оградить оседло-земледельческое население от дальнейшего разорения. Однако усобицы Чингизидов и длительные войны Хайду оставили решение курултая невыполненным.

Междоусобицы при преемниках Хайду в первой половине XIV в. довершили процесс экономической разрухи в Семиречье. Махмуд ибн Вали писал о борьбе сыновей Хайду и правнука Чагатая Дува-хана: «В то время, когда наши отцы враждовали с вашими и вели борьбу, много людей погибло, области были опустошены, владения (икта) превратились в мираж, а земля на пашнях иссохла… города и строения были разрушены, а люди покинули их и превратились в бродяг». Многие из известных городов Юго-Восточного Казахстана, достигших в домонгольское время высокого уровня развития – Баласагун, Тараз, Амалык, Апмату, Каялык, Илибалык, Ики-Огуз и другие большие и малые города и поселения, – практически исчезли с карты.

Среди монгольских ханов были сторонники централизованной власти, опирающейся на местную правящую верхушку, на традиции оседло-земледельческой и городской культуры. Наиболее видным из них был сын упомянутого Дува-хана Кебек-хан (1318— 1326 гг.). Он порвал с кочевыми обычаями, переселился из Семиречья в Мавераннахр, провел денежную и административную реформы, содействовал восстановлению и строительству городов Средней Азии. Благодаря его деятельности были восстановлены южно-казахстанские города, входившие в государство Чагатаидов. В середине XV в. от Государства Хайду отделился Могулистан.

Монгольские завоевания сопровождались разрушением производительных сил, массовым истреблением людей. Были разрушены города и селения, дворцы и мечети, уничтожены ирригационные системы, заброшены обработанные поля. Тысячи мастеров-ремесленников были угнаны в рабство. Население голодало. Установились более жесткие, чем раньше, формы эксплуатации.

Был прерван завершающий этап формирования кыпчакской народности. Господство монгольских завоевателей надолго задержало экономический и культурный прогресс народов покоренных ими стран. Тяжелейший урон был нанесен земледельческой и городской культуре Казахстана. По свидетельству Марко Поло (XIII в.) после установления монгольского господства в покоренных странах городам не разрешалось «иметь стены и ворота, дабы не могли препятствовать вступлению войск… Так взнузданные народы остаются спокойны и не возмущаются». В Семиречье прямого уничтожения городов в момент нашествия не было. Но огромная армия, проследовавшая через Семиречье, не могла не оказать губительного влияния на хозяйство этой области уже во время нашествия, которое сопровождалось беспорядочными грабежами. Значительный упадок городов и земледелия и превращение культурных земель в пастбища произошли уже в ближайшие десятилетия после установления монгольского господства в этом крае.

Вильгельм Рубрук, проехавший через Илийскую долину всего лишь тридцать лет спустя после этого события, засвидетельствовал: «На вышеупомянутой равнине прежде находилось много городов, но по большей части они были разрушены татарами (монголами), чтобы иметь возможность пасти там свои стада, так как там были наилучшие пастбища».

Мирза Мухаммад Хайдар дуглат (XVI в.) пишет,что на огромных просторах Могулистана не осталось ни одного сколько-нибудь значительного города или селения, что все сведения о ранее существовавших городах в его время можно получить только из книг или преданий.

За полтора столетия господства монгольских феодалов некогда цветущая, густонаселенная территория этой части Казахстана с развитой городской культурой и оседло-земледельческим и скотоводческим хозяйством потеряла свое былое экономическое, политическое и культурное значение. Причин этому было несколько.

В силу своего стратегического положения Юго-Восточный Казахстан оказался важной частью захватнических планов монгольских ханов. Здесь находились главные ставки улусных ханов с их многолюдной свитой и многочисленными войсками. Сюда стекались массы монгольских кочевников (до 200 тыс.), сохранявших свою форму хозяйства, которая требовала обширных земельных угодий. Это вызвало резкое сокращение посевных обрабатываемых площадей. Разрушение селений, вытаптывание полей табунами, уничтожение садов и ирригационной системы, замирание торговой жизни городов и прекращение их экономических связей с соседними городами и земледельческими округами – все это постепенно подорвало экономическую и социальную основу существования городов в Семиречье. Долгое время здесь господствовала та группировка монгольской феодальной знати, которая враждебно относилась к городской и оседло-земледельческой культуре и придерживалась методов хищнической эксплуатации населения поко­ренных стран. Нестабильность политической обстановки на территории Семиречья также способствовала дальнейшему упадку хозяйства и культуры на этой территории. Завоеватели не смогли установить здесь ни твердой власти, ни законности, ни прочного мира.

Покоренное население облагалось тяжелыми податями и повинностями. Поземельный налог, откупы, почтовая повинность, содержание гарнизонов и проезжих воинских отрядов — до двадцати (!) видов, в том числе и воинская повинность — население обязано было поставлять ратников для монгольского войска.

Монгольское завоевание имело и некоторые положительные стороны. Монгольские власти стимулировали развитие торговли, международных связей, ввели повсеместно систему почтовой и ямской службы. Были установлены торговые и культурные связи между прежде далекими народами. По территории улусов двигались торговые караваны, дипломатические миссии, путешественники отправлялись в дальние края и привозили в Европу сведения о далеких странах и народах ранее неведомой Азии,

Монголы, благодаря своей идее централизованной власти объединили прежде неорганизованные племена. Нормы кочевой жизни стал регулировать «Яса» Чингиз-хана – свод обычного права, приспособленного к новым условиям. Впоследствии нормы «Ясы» были в определенной степени использованы при создании казахского кодекса законов «Жеты-жаргы». Многие формы государственности были также использованы впоследствии в государствах, возникших на территории Казахстана в послемонгольскую эпоху. Монгольское завоевание оказало сильное влияние на этнические процессы на территории Казахстана. Однако в целом войны Чингиз-хана и его преемников привели к упадку производи­тельных сил не только завоеванных стран, но и самой Монголии. Монгольское нашествие и господство разрушили экономическую основу развития хозяйства Семиречья и Южного Казахстана, дестабилизировали процессы объединения этих районов, хозяйственного, этнического, культурного их взаимодействия между собой и с прилегающей обширной степью. В общественных отношениях закрепились самые отсталые формы, вплоть до рабовладельческого уклада. Монголы не внесли ничего нового в общественные отношения в завоеванных земледельческих странах, в частности в Ср. Азии и Южном Казахстане, где феодализм с развитой системой уделов и условных земельных пожалований

«Baribar.kz-тің» Telegram-каналына жазыламыз!