Развитие нефтегазовой промышленности в Казахстане

Май 2003 г. Аналитические материалы.Развитие нефтегазового комплекса Казахстана в 90-е годы прошлого века и в начале нового тысячелетия, несмотря на определенные особенности, все же повторяет путь, которым прошли многие нефтедобывающие страны. Начав его как фактически новая нефтегазовая провинция – с привлечения иностранных инвестиций и технологий, – Казахстан после первых серьезных успехов (связанных с разработкой месторождения Тенгиз, реализацией проекта НТК и открытием гигантского месторождения Кашаган) озаботился проблемой поиска баланса между интересами государства и инвесторами, то есть той проблемой, которая волнует сегодня многие государства, в том числе и Россию. Стал актуальным для Казахстана и вопрос диверсификации рынков сбыта, что должно привести к укреплению энергетической независимости республики и ее превращению во влиятельного игрока мирового нефтегазового рынка.

В роли новичка на нефтяном рынке. С момента обретения независимости Казахстаном в 1991 г. нефтегазовая промышленность страны добилась определенных успехов. Этому в немалой степени способствовал тот факт, что руководство республики сумело уловить общемировые тенденции нефтегазового комплекса и использовать опыт других государств. Чтобы не быть голословными, попробуем рассмотреть наиболее важные аспекты развития нефтегазовой промышленности мира и взглянуть на то, как они повлияли или еще могут повлиять на нефтегазовый комплекс Казахстана. С начала 90-х годов в связи с событиями в Персидском заливе в очередной раз главной задачей для мировых импортеров и крупнейших компаний стал поиск новых нефтегазовых провинций, способных в какой-то мере снизить зависимость стран-потребителей от экспортных поставок нефти с Ближнего Востока. Крупнейшие транснациональные концерны в начале 90-х годов стремились получить доступ к нефти и природному газу и стран ОПЕК, которые испытывали экономические трудности, и государств, не входящих в данную организацию. Потребность нефтегазового комплекса ряда стран ОПЕК (таких, как Алжир или Нигерия) в новых технологиях и прямых инвестициях привела к тому, что постепенно иностранные компании были допущены к освоению их природных ресурсов. Независимые государства-производители нефти в начале 90-х годов либо сочетали государственное и частное предпринимательство (Норвегия. Мексика), либо отдавали предпочтение частному сектору (Великобритания, Дания). Однако альтернативным и достаточно выгодным, по оценкам специалистов, вариантом для крупных компаний был выход в новые нефтегазовые провинции. Исследования и возможная добыча нефти и природного газа могли стать для них источником новых прибылей. Расчет делался на то, что принимающие страны, нуждаясь в инвестициях, технологиях и опыте majors, не станут выставлять жесткие требования, характерные для нефтегазовых провинций с устойчивой нефтяной инфраструктурой. Распад Советского Союза и появление в перспективном с геологической точки зрения бассейне Каспийского моря нескольких независимых государств (Азербайджан. Туркменистан и Казахстан), не способных самостоятельно финансировать развитие нефтегазового комплекса, идеально отвечали этому требованию. Итак, независимый Казахстан, а особенно, континентальный шельф Каспия стали в глазах крупнейших транснациональных компаний весьма перспективными объектами внимания. По данным ВР Statistical Review, добыча нефти в Казахстане выросла с 22,7 млн т в 1985 г. до 26, 6 млн т в 1991 г., а добыча газа за тот же период увеличилась на 2,3 млрд м куб. Эта динамика свидетельствовала о том, что в иных экономических условиях можно было добиться и более значительных результатов. В последние годы существования СССР в силу общего экономического спада наращивать нефтедобычу было крайне трудно, и поэтому положительные тенденции, проявившиеся вопреки этому в Казахстане, не остались без внимания транснациональных компаний. Но чтобы лучше понять интерес иностранных компаний к нефтегазовому комплексу Казахстана, нужно сравнить состояние нефтяной промышленности Казахстана и России. Россия, начав проведение рыночных реформ, практически сразу сделала акцент на том, что нефтегазовый комплекс будет развиваться, в первую очередь. за счет внутренних источников. Что крупные производственные мощности помогут ему обеспечить модернизацию и дальнейшее поступательное развитие. В Казахстане же нефтегазовый комплекс, несмотря на более чем столетнюю историю добычи нефти, фактически делал только первые серьезные шаги, производя в 1992 г. 7,4 млрд м куб. природного газа и 25,8 млн т нефти и испытывая определенную зависимость от северного соседа. Руководству страны было понятно, что без иностранных инвестиций и технологий энергетическая независимость страны вряд ли станет реальностью, поэтому основной задачей стало привлечение зарубежных компаний, для чего достаточно оперативно было начато создание нормативно-законодательной базы. Этот процесс развивался динамично, чему способствовало наличие твердой государственной власти, гарантировавшей политическую стабильность в стране. В отличие от России, где в 1992-1993 гг. наблюдалось противостояние законодательной и исполнительной ветвей власти. от Азербайджана, где по сути дела шла гражданская война и война с Арменией за Карабах, от республик Средней Азии, где экономико-политическое развитие ставилось под угрозу из-за наличия радикальной оппозиции. Казахстан выглядел наиболее предпочтительным “островом стабильности” для представителей зарубежного бизнеса. Первое соглашение между Казахстаном и рядом транснациональных корпораций о создании международного консорциума было заключено в 1993г. Компании-участницы консорциума профинансировали широкомасштабные сейсмические работы, провели геологические и геофизические исследования на значительной части казахстанского шельфа. В ноябре 1997 г. в Вашингтоне консорциум подписал с правительством Казахстана соглашение о разделе продукции. В сентябре 1998 г. для проведения разведочных работ в рамках СРП была образована компания ОКЮС как оператор международного консорциума. Ее функции позже перешли к итальянской компании AGIP, которая даже по этому случаю переименовала консорциум в AGIP КСО. В конечном счете, в 2000 г. было выявлено месторождение Кашаган, которое назвали “крупнейшим открытием нефти в Казахстане”. В проекте приняли участие многие majors: TotalFinaElf, ExxonMobil, ConocoPhillips, -а общий размер капиталовложений составил, по данным Международного энергетического агентства, более 600 млн долларов. Согласно оценкам американской компании ConocoPhillips, объем извлекаемых запасов Кашагана составляет как минимум 7 млрд баррелей. Сейчас создается план промышленного освоения месторождения, которое должно быть начато в 2005 г. Соглашение 1993 г. стало лишь первым шагом на пути открытия нефтегазового комплекса Казахстана для иностранных инвесторов. В 2001 г. был запущен в строй нефтепровод Тенгиз -Новороссийск, построенный международным Каспийским трубопроводным консорциумом и позволивший расширить поставки казахстанской нефти потребителям в Европе. В целом же, к 2002 г. в страну пришли российские. американские, итальянские, японские, британские и даже венгерская компании. что говорит о значительном доверии иностранцев государству и инвестиционному климату в стране. Общее количество нефтегазовых проектов, в которых принимают участие различные зарубежные фирмы, достигло 13. Однако переход Казахстана как нефтегазовой провинции в новую стадию -стадию масштабного промышленного освоения природных ресурсов – вызвал и определенные сдвиги в системе государственного регулирования деятельности нефтегазового комплекса.

Государство усиливает свои позиции.Многие российские и зарубежные исследователи отмечают, что по мере перехода той или иной нефтегазовой провинции от стадии поисково-разведочных работ к стадии ранней добычи. изменяется роль государства. На первом этапе, связанном со значительным геологическим риском, государство стремится привлекать компании, готовые проводить исследования, создает для них “тепличные” условия и стимулирует их действия. Второй этап характеризуется стабильными открытиями коммерческих запасов. Для Казахстана это был Кашаган, а также наращивание запасов Тенгиза. Рискнем предположить, что вскоре новые крупные открытия последуют в казахстанском секторе шельфа Каспийского моря. Компаниям это позволит снизить издержки, что приведет как к росту их прибылей, так и к увеличению “аппетитов” государства. А значит, система государственного регулирования станет более жесткой, и. как показывает мировой опыт, первым серьезным шагом на пути такого ужесточения становится создание государственной компании. Вопрос заключается в том, какую роль будут играть зарубежные нефтяные компании в стране. Иногда государство, будучи уверенным в своей способности самостоятельно вести разработку нефтегазовых месторождений, проводит полную национализацию, как это было, скажем, в Саудовской Аравии или Кувейте. Или же оно делает государственную компанию “первой среди равных”, в административном порядке закрепляя за ней функции своеобразного лидера отрасли, как это было, например, в Норвегии. Но. так или иначе, государство часто стремится к тому, чтобы получить максимум доходов от освоения национальных природных ресурсов нетолько через налогообложение, но и путем прямого участия в добыче нефти и газа. Правда, как показывает мировой опыт. национализация далеко не всегда оборачивается благом для нефтяной промышленности.В ряде стран государственные нефтяные компании показали свою неэффективность и идут разговоры о их приватизации. В Казахстане также проявились тенденции по усилению роли государства в нефтянке. Во всяком случае, можно отметить тот факт, что создание благоприятного инвестиционного климата в республике не было связано с размыванием государственных активов в нефтегазовой отрасли через тотальную приватизацию, как это произошло в России. Напротив, руководство республики постоянно стремилось к созданию мощной государственной компании, способной вести конкурентную борьбу на мировом рынке и целенаправленно проводить в отрасли государственную политику. Еще в марте 1997 г. президент республики Нурсултан Назарбаев подписал указ о создании национальной компании, получившей название “Казахойл”. Ей были переданы доли Казахстана в СРП и других соглашениях. Однако на том этапе усиление роли государства могло бы спугнуть иностранных инвесторов, поскольку компании, впрочем, как и многие зарубежные аналитики, не были уверены в том, что их исследования будут успешными. Открытие Кашагана, как представляется, стало тем поворотным моментом, когда в стране окончательно оформилась идея “подтянуть” в единую структуру государственные предприятия нефтегазового комплекса с тем. чтобы облегчить защиту национальных интересов перед лицом зарубежных компаний и в то же время не допустить оттока прибылей от освоения природных богатств за пределы страны. В феврале 2002 г. указом президента Н.Назарбаева были объединены “Казахойл” и государственная компания “Транспорт нефти и газа” и образована новая государственная структура – “КазМунайГаз”. Кроме того, правительство Казахстана приняло решение внести изменения в стратегию развития месторождений Каспия, усилив роль национальных компаний в этом процессе. В целом транснациональные корпорации, наученные практикой других стран, с пониманием отнеслись к инициативе руководства страны и выразили готовность оказать содействие новообразованной компании. Однако позволим себе усомниться в том, что на этом действия руководства республики и ограничатся. Как показывает мировой опыт, вслед за новыми открытиями нефтяных и газовых месторождений идет ужесточение налогового режима и увеличение доли государственной компании в новых проектах. О последнем, кстати, говорил и руководитель “КазМунайГаза” Ляззат Киинов на втором экономическом саммите в Алма-Ате “Евразия-2002: достижение стабильного роста в условиях нестабильности” и на KIOGE. Он дважды делал заявление о том, что в новых проектах по развитию нефтегазового комплекса республика “будет стремиться иметь не менее 50-процентной доли”. Это мировая нефтегазовая промышленность уже проходила… Вполне возможно, что следующим шагом станут изменения в налоговой политике, хотя, как думается, осторожное руководство страны подождет новых крупных открытий. Впрочем. фонд, где аккумулируются доходы. полученные в результате разработки нефтегазовых проектов на территории страны, уже создан, причем, по мнению представителя компании ВР в республике Сагиндыка Нуралиева и ряда других экспертов, он во многом был скопирован с норвежской модели.

Диверсификация по-казахстански. Слово “диверсификация” становится ныне своеобразным символом нефтегазовой промышленности мира. Диверсифицируют рынок все – и потребители. и производители. Но при этом смысл самого понятия отличен (или образно говоря – диверсифицирован) для разных субъектов рынка, которые, каждый по-своему, воспринимают это понятие. Потребители нефти и газа, которыми, в первую очередь, являются промышленно развитые страны, стремятся обеспечить для себя поставки из различных регионов мира, чтобы гарантировать энергетическую безопасность своей экономики. В свою очередь, поставщики стараются расширить число стран-“клиентов”, чтобы в большей степени избежать политического давления, и нужно сказать, что у них это получается гораздо лучше. Казахстан, стремящийся играть все более важную роль в мировой энергетике, также не остается в стороне от общего процесса диверсификации, чему в немалой степени способствует его географическое положение. Страна приближена к нескольким перспективным рынкам сбыта нефти и природного газа: европейскому, южноазиатскому и китайскому, что наряду с устойчивым инвестиционным климатом также является немаловажным фактором для иностранцев. Сегодня в качестве своих внешнеполитических ориентиров Казахстан выделяет США, чьи компании активно работают в стране, и Россию, куда вплоть до настоящего времени направляются основные потоки казахстанской нефти и природного газа, идущие на экспорт. Тоже пусть своеобразная, но, впрочем, легко объяснимая диверсификация. При разработке Энергетической стратегии США Каспию было уделено значительное внимание и был отмечен тот факт, что “потенциальный экспорт может вырасти до 1,8 млн баррелей в сутки в 2005 г. по мере того, как США продолжат тесное сотрудничество с частными компаниями и странами региона для разработки коммерчески жизнеспособных маршрутов”. Сегодня компании США работают в шести проектах нефтегазовой промышленности Казахстана, включая все главные месторождения республики – Тенгиз, Кашаган и Карачаганак, – а также транспортную магистраль Тенгиз – Новороссийск. И объективно Казахстан использует поддержку США и других стран-импортеров для того, чтобы диверсифицировать маршруты экспорта своих энергоресурсов на мировой рынок. Помимо уже осуществленного проекта КТК Казахстан принимает участие в обсуждении нескольких вариантов экспорта нефти в обход российской территории. И хотя, по мнению руководства страны, это будет способствовать укреплению энергетической независимости республики, некоторые проекты, в том числе транспортного коридора через Иран, вызывают определенные сомнения. В среднесрочной перспективе на повестку дня может встать строительство нефте- и газопровода в Китай, реализация которого возможна после завершения строительства китайского трубопровода Запад – Восток, а также сооружение Транскаспийского трубопровода, открывающего доступ казахстанской нефти на рынок Европы без транзита через территорию России. Сегодня, после смены политического режима в Афганистане, может получить второе дыхание и идея строительства Трансафганского трубопровода, который выведет среднеазиатских производителей на рынки Южной Азии и в перспективе – на рынки АТР. Понятно, что каждый из этих проектов требует определенных международных усилий и значительных финансовых средств. И в реальности Казахстану открыт пока лишь один путь в Европу. Через Россию. Российско-казахстанские отношения в сфере энергетики были несколько теплее, чем отношения с другими республиками бывшего СССР, хотя и здесь не обходилось без конфликтов, особенно если вспомнить историю с уходом “Газпрома” из Карачаганака. Были ли сделаны надлежащие выводы обеими сторонами – покажет время, но сейчас перспективы сотрудничества представляются довольно благоприятными для Казахстана. Кроме маршрута Тенгиз – Новороссийск Казахстан использует и нефтепроводы “Транснефти”. Конечно, в Казахстане чувствуют определенную зависимость от северного соседа, но пока, повторим, других альтернативных маршрутов еще не создано и будут ли они реализованы – большой вопрос. Несколько иная ситуация складывается с природным газом. Вполне возможно, что в будущем экспорт казахстанского природного газа в Россию существенно вырастет в том случае, если “Газпрому” не удастся ввести в строй новые добывающие мощности, что угрожает стране появлением дефицита. Это объясняет то внимание, которое руководство “Газпрома” проявляет к сотрудничеству с Казахстаном. В первой половине 2002 г. в России широко рекламировалась идея Евразийского газового альянса, в котором важное место отводилось и Казахстану. Понимая, что первым условием такого партнерства является получение республикой доступа к транзитным трубопроводам России, “Газпром” пошел на создание совместной российско-казахстанской компании “КазРосГаз”, что позволило уже в 2002 г. начать переброску казахстанского газа в Европу. Планируется, что к 2004 г. объем поставок газа из Казахстана в Европу будет доведен до 6 млрд м куб. против 4 млрд м куб. в 2002 г. Безусловно, такое соглашение стало крупной победой газовой дипломатии Казахстана. И, тем не менее, несмотря на добрососедские отношения требования энергетической безопасности все же будут диктовать руководству республики шаги по диверсификации транспортных маршрутов. А значит, двойная ориентация Казахстана – на страны-потребители, заинтересованные в развитии нефтегазовых проектов на территории республики, и на Россию, которая является пока единственным реальным транспортным коридором для казахстанской нефти и природного газа, сохранится.

Подводя итоги, можно сделать вывод о том, что мировые процессы оказали существенное влияние на развитие нефтегазового комплекса Казахстана и в еще большей мере станут влиять на него по мере того, как страна будет приближаться к своей цели – к превращению в крупного производителя и экспортера нефти и природного газа.

Министры нефтегазовой промышленности Турции и стран Каспийского и Среднеазиатского регионов встретятся в рамках регионального саммита и выставки по нефти и газу в Стамбуле.

26-27 февраля 2004 года, Центр проведения съездов, гостиница «Хилтон», Стамбул, Турция.

Министры энергетики стран Каспийского, Среднеазиатского и Черноморского регионов, а также руководители государственных нефтегазовых компаний Турции, России, Ирана, Казахстана, США, Украины, Румынии, Азербайджана, Афганистана и Пакистана соберутся 26-27 февраля в Стамбуле на ежегодный саммит по вопросам нефти и газа для обсуждения ключевых региональных энергетических проблем. Саммит по нефти и газу Каспийского и Черноморского регионов 2004 официально проводят и открывают министр энергетики и природных ресурсов Турции д-р Хильми Гюлер, президент Государственной нефтяной компании Турции (TPAO) Осман Саим Динч и представители высшего руководства Турецкой трубопроводной компании BOTAS; саммит пройдет одновременно с проведением Турецкой международной выставкой по нефти и газу (TURKIOG) с участием Турции и стран Каспийского региона. Вступительное пленарное заседание саммита послужит форумом для обсуждения ряда энергетических проблем регионов Каспийского и Черного морей, включая правовой статус Каспийского моря. С основными докладами на саммите выступят заместитель министра иностранных дел Ирана и специальный посланник президента Хатами по Каспийскому региону Мехди Сафари, его российский коллега – заместитель министра иностранных дел и посланник президента В.В. Путина в Каспийском регионе Виктор Калюжный, а также Равиль Чердабаев, представитель президента Нурсултана Назарбаева по Каспийскому региону от Казахстана, и представитель Азербайджана – Меджид Керимов, министр топлива и энергетики. Саммит также предоставит возможность правительству Турции более полно обозначить концепцию развития своего энергетического сектора, когда председатель компании TUPRAS Хусамментин Данис выступит с основным докладом о недавней приватизации государственного нефтеперерабатывающего предприятия, а Осман Саим Динч расскажет о продолжении компанией TPAO разведки потенциальных запасов нефти и газа в морском секторе Турции. В числе важнейших событий саммита – специальные обращения министра нефти Пакистана Нураиза Шакур Хана, а также д-ра Махфуза Недая, министра шахт и промышленности Афганистана, посвященные положительным результатам проведенного недавно Азиатским банком развития и стоившего 1,5 млн. долларов США технического обоснования возможного сооружения газопровода по маршруту Туркменистан-Афганистан-Пакистан. В ходе последующих заседаний двухдневного саммита будет обсуждено множество нефтегазовых вопросов Каспийского и Черноморского регионов, исследованы конкретные возможности инвестирования в добычу, переработку и транспортировку нефти и газа. В списке основных выступающих – Владимир Жириновский, заместитель председателя Государственной думы России, заместитель министра топлива и энергетики Украины Богдан Клюк, государственный секретарь, министр промышленности и ресурсов Румынии Андрей Григореску, заместитель министра нефти Ирана Мохаммед Неджад, президентГрузинской международной нефтяной корпорации (GIOC) Георгий Чантурия. Заместитель помощника министра Алев Килич и директор по экономическим вопросам при министерстве иностранных дел Турции Хакки Акил проведут презентации по геополитическим аспектам транспорта энергии, включая обзор действующей программы, призванной решить проблему транспортных ограничений при прохождении пролива Босфор. В саммите примет участие ряд представительных делегаций международных организаций и институтов многостороннего кредитования, включая Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР), Азиатский банк развития (АБР), Международный финансовый центр, Международное энергетическое агентство (МЭА), Всемирный банк, Европейскую организацию сотрудничества (ЕОС), а также крупные международные и региональные инвесторы в нефтегазовый сектор. Список спонсоров саммита включает компании BP, Schlumberger, ChevronTexaco, ILF Consulting Engineers, Chadbourne & Parke, TUPRAS, а также Грузинскую международную нефтяную корпорации (GIOC). Геополитическое положение Турции превращает ее в естественный энергетический мост между Азией и Европой и в ворота международных инвестиций в Каспийский регион и Среднюю Азию. Турция находится в окружении 75% мировых запасов нефти в Каспийском регионе, Средней Азии и на Ближнем Востоке и идеально подходит для проведения подобного саммита. Значение нефтегазовой разведки, добычи и транзит региональных энергетических поставок на ключевые региональные и международные рынки признано правительствами государств Черноморского, Каспийского и Среднеазиатского регионов как один из ключевых факторов экономической и социальной стабильности и развития данного региона. Третья Турецкая международная выставка по нефти и газу (TURKIOG 2004) проводится совместно с саммитом по нефти и газу стран Каспийского и Черноморского регионов 2004 в Центре проведения съездов гостиницы «Хилтон» в Стамбуле с 26 по 28 февраля 2004 года. На выставке TURKIOG 2004 будут представлены экспозиции крупнейших международных и местных нефтегазовых компаний, работающих в регионе; она является единственной выставкой в Турции, на которой представлен весь спектр добычи и переработки нефти и газа в Каспийском регионе и в самой Турции. Выставка TURKIOG 2004 дает возможность компаниям продемонстрировать новейшую нефтегазовую продукцию и услуги, а также организовать личные встречи и завязать деловые отношения с международными и региональными партнерами и представителями государственного нефтегазового сектора. Ожидается, что за три дня работы выставки участие в ней примут свыше 10 тысяч посетителей – зарубежных и местных специалистов нефтегазовой отрасли. В число участников саммита и выставки по нефти и газу стран Каспийского и Черноморского регионов TURKIOG 2004 входят: Akfel Muhendislik, Alstom Power, Amec Spie, Amity Oil, Арабская международная нефтяная корпорация, Azerpipe, Azpetrol Group, Baker Botts, Banais Refinery, Basaran Muhendislik, Организация черноморского экономического сотрудничества, Bluewater Energy Services, BNP Paribas, Bohler Welding, Borregaard Lignotech, BOTAS, BP Exploration Turkey, CANUSA, Каспийский клуб деловой интеграции, Центр глобальных энергетических исследований, Centrex Energy & Gas, Chadbourne & Parke, Палата инженеров-геофизиков, ChevronTexaco, Commerzbank, Комитет евразийского транспортного коридора, DEIK, Demag Delaval Industrial (Siemens), Европейский банк реконструкции и развития, Европейская организация сотрудничества, Секретариат энергетической хартии, Enerji Petrol Gaz Gazetesi, Fiogaz, Flamar (CEC Lines), Gama Endustri, Gedik Kaynak, GE Oil & Gas, GESA, Global Economic Research, Gorizaine, GVA Consulting, Henning Krogh Pedersen, IBS Research and Consultancy, Международный финансовый центр, Международный центр каспийских исследований, Международное энергетическое агентство, Interpipe, IHC Holland, ILG Consulting Engineers, INA Industrija, Inconnect, Investor Turkey, ISISAN ISI, Jeofizik Muhendisleri Odasi, Jurnalul de Petrol Si Gaze, Karl Stolz, «КазМунайГаз», «КазТрансОйл», Kosan Crisplant, La Nouvelle, Lukoil Overseas, Maats Pipeline Equipment, Mannesman Boru, Mavideniz Cevre Hizmetleri, MEES, Meke Deniz Temizligi, Министерство энергетики и природных ресурсов Казахстана, Министерство энергетики и природных ресурсов Турции, Министерство энергетики Кувейта, Министерство энергетики и природных ресурсов Сирии, Министерство иностранных дел Ирана, Министерство иностранных дел России, Министерство топлива и энергетики Азербайджана, Министерство промышленности и ресурсов Румынии, Министерство шахт и промышленности Афганистана, Министерство нефти Исламской Республики Иран, Mitsubishi International Corporation, MNG Holding, Naftogaz Ukraine, Национальная иранская газовая компания, «Нефтегаз», Newsbase, Nexans, NIORDC, «НПО Фрунзе», Nuovo Pignone, Oil Space, Omas, PC Intertechnik, Orgaz Gaz, Osborn International, Parex Bank, PC Intertechnik, Petro Kazakhstan, Нефтяной клуб Румынии, Phoenix Rubber Industrial, Petrogas Dergisi, Petrol Ofisi, Petrom, Pipe Metallurgical Company, Platts, Posco, Prime Tass, Promexpo, Prominent, Punj Lloyd, Raytheon, RIPI, «Роснефтьгазстрой», Sadid Pipe & Profile, Schlumberger, Shell, SOCAR, Statoil, Stolt Offshore, Team Ippeki, Tengizchevroil, TotalFinaElf, TPAO, Tracto-Technik, Tupras, Турецкая ассоциация геологов-нефтяников, Turkiye Petrol Jeologlari Dernegi, Turkse Perenco, «Тяжпромарматура», «УкрТрансНафта», Группа компаний «Волготанкер», «Время новостей», WL Gore & Associates, Yarimkure Hemispher и многие другие.

«Baribar.kz-тің» Telegram-каналына жазыламыз!